Злодейский путь!.. [том 7-8] - Эл Моргот

Женщина была не одна. Рядом с нею шло двое мужчин. Одного из них она держала за руку.

Они шли вперед, поворот за поворотом, развилка за развилкой. И остановились перед…

Внезапный страх объял все его тело. Остановились перед…

Впереди… То, что впереди…

Барьер разрушился в тот миг, когда фигурка в красном, словно срезанная с веревочек куколка упала на платформу. Муан бросился вперед, пересекая разделяющее их расстояние за несколько стремительных шагов.

Шен лежал на боку на платформе, его правая рука все еще находилась в центре механизма и ее кольцами оплетала золотистая змея. Она впилась в ребро его ладони и, кажется, подохла. Муан сорвал ее и откинул далеко прочь.

— Шен?

Он дотронулся до его плеча, перевернул на спину. Руки мечника дрожали. Шен не дышал.

Муан осторожно, почти что несмело дотронулся до его подбородка и, склонившись так, что волосы упали на платформу, коснулся бледных губ своими и вдохнул в его легкие воздух.

Снова. Еще раз.

Остальные приблизились к платформе, Лев и Рэн смотрели напряженно-взволнованно, а барышня Сун Ло против воли зарумянилась.

Шен сделал резкий вдох, словно поднялся из пучин на поверхность, выгнулся вперед и закашлялся. Отдышавшись, он словно потерял остаток сил и вновь откинулся на платформу. Его глаза смотрели на мечника, склонившегося над ним.

Все слова, обвинения в безрассудности, признания — будут сказаны позже. Шен просто смотрел на него, а Муан тонул в облегчении оттого, что может видеть этот взгляд.

А затем он поднес к губам его руку и, прильнув к месту укуса, стал высасывать яд, ни на мгновение не отрывая взгляда от глаз Шена.

Тот вздрогнул, когда губы мечника коснулись его руки, но больше ничего не сделал, затаив дыхание наблюдая за каждым движением Муана. Только спустя время он, наконец, пришел в себя настолько, чтобы попытаться вывернуть руку и мысленно произнес: «Не нужно, ты же знаешь, что дело вовсе не в яде».

Муан удержал его руку и, упреждая новые попытки, ответил:

«Яд тебя не убьет, но это не значит, что он безвреден. К тому же, пусть остальные думают, что на тебя все же подействовал яд, не так ли?»

Шен краем глаза видел чужое присутствие, но ему было слишком лень повернуть голову и посмотреть, что там делают остальные. В одном Муан прав: раскрывать перед всеми его постыдную слабость было не самой лучшей идеей. Кто-нибудь типа Рэна сможет попытаться использовать это против него, а Лев и вовсе может начать подозревать, что Шен перед ним — другой человек, ведь оригинал змей никогда не боялся.

Муан, в последний раз сплюнув яд, помог ему встать на ноги. Шен ощутил внезапно накатившую слабость и с трудом устоял, уткнувшись в грудь прославленного старейшины пика Славы.

— Думаю, нам всем не помешает отдых, — произнес тот, удерживая его за плечи.

Никто не стал возражать, издалека доносились восторженные восклицания Сун Ло:

— Поверить не могу, этот человек в самом деле невосприимчив к ядам! Его кровь, должно быть, просто сокровище!

Муан покосился на нее, но девица снизила голос и больше ничего слышно не было. Шен выпрямился, настороженно осмотрелся, и, наконец, выдохнул с облегчением, убедившись, что все змеи исчезли.

— Думаю, не стоит здесь задерживаться, найдем место для отдыха дальше, — произнес он и собрался спрыгнуть с платформы, но Муан опередил его и подал руку.

Сделал он это весьма вовремя, спрыгнул Шен довольно неловко, одна его нога подкосилась, и он навалился на руку Муана всем весом. Это, наконец, стало его беспокоить. Не тот факт, что яд, похоже, на него все же слегка подействовал, а то, что люди смотрят.

Лев подошел и дотронулся до его локтя.

— Шен, ты в порядке?

— В порядке, в порядке, — вздохнув, заверил тот. — Для прошедшего через смертельный туман неплохо, а?

Сказав это, он хлопнул Лева по плечу и с прямой спиной первым пошел вперед. Глядя ему в спину, Муан только головой покачал.

Они расположились в соседствующем помещении, отделенном от комнаты-с-туманом длинным прямым коридором. Помещение было темное и совершенно пустое, только фрески на стенах. Они привлекли внимание Сун Ло и некоторых людей из ее команды, и Лев испытующе наблюдал за ними, силясь понять, разыгрывают ли те представление. Остальные развели в центре огонь из принесенных с собой дров, и, рассевшись кругом, принялись готовить поесть.

Шен присел возле стены, достал из-за пазухи дневник дяди Шеина и пролистал несколько первых страниц. Света от костра было достаточно для чтения, отсветы пламени плясали на старой бумаге.

Муан присел рядом с ним.

— Лучше отдохни. Сколько мы уже ходим?

— Я уже давно потерял счет времени, — протянул Шен, не отрывая взгляда от страниц.

— Вот именно.

— Я должен прочитать как можно больше. Написанное здесь может помочь нам выжить.

— Дай мне. — Муан отобрал дневник прежде, чем закончил эту фразу.

Шен неловко взмахнул руками, но серьезных попыток забрать дневник обратно делать не стал. Покосился на него в руках Муана, откинул голову назад, уперев макушку в холодную стену, и глубоко вздохнул. Он на самом деле очень хотел спать. Ничего страшного, если Муан почитает за него…

Голова проклятого старейшины опустилась на плечо прославленного мечника. Муан скосил на него взгляд и удовлетворенно улыбнулся уголком губ.

Спустя минуту дыхание Шена стало ровным, он на самом деле заснул. Его голова скользнула вниз, и Муан, сперва придержавший его, неуверенно замер, а затем передвинулся так, чтобы устроить голову Шена на своем колене. Сделал он это решительно, а полумрак отлично скрыл его заалевшие уши.

Только он было успокоил ускорившийся пульс и углубился в чтение, как рядом плюхнулся старейшина Лев. Он покосился на Шена, во сне умудрившегося обнять сумку Муана и уткнуться в нее носом, отгородившись от отсветов пламени, и обратился к мечнику:

— Все в порядке?

Постановка вопроса того слегка раздосадовала, хотя, вероятно, Лев не имел в виду ничего такого.

— Вам тоже стоит отдохнуть, старейшина, — вежливо отозвался Муан. — По моим подсчетам, мы идем уже по меньшей мере сутки.

Хорошо хоть Рэн уселся в отдалении от них, проявив несвойственную старейшине пика Росного ладана тактичность.

— По моим — по меньшей мере двое, — отозвался Лев. — Выпьете? — он протянул откупоренный кувшин.

Муан хотел ответить, что это будет излишним, но покосился на кувшин и понял, что такой ответ прозвучит слишком грубо. К тому же, это